Эпоха позднего Брежнева

Эпоха позднего Брежнева

26. июня 2020 0 Автор masimovasif
Print Friendly, PDF & Email
Фото обложки: RIA Novosti archive, image #734809 / Vladimir Akimov / CC-BY-SA 3.0

Семидесятые годы 20 века — целиком брежневское десятилетие, расцвет застоя, одна из самых стабильных эпох отечественной истории. Время будто остановилось. Что-то, конечно, назревало, накапливалось, но, вообще говоря, 1974 год мало чем отличался от 73-го, как и 76-ой от 75-го.
И только правитель сдавал на глазах. Моложавый мужчина в это десятилетие превратился в немощного старика. Врачи настоятельно рекомендуют Брежневу отдыхать, заняться плаванием, не злоупотреблять снотворными. Генсек постоянно живет за городом, а любимым местом отпуска, точнее летней резиденцией, станет дача №1 в Крыму. Леонид Ильич всегда выезжал туда всей большой семьей.

Осень Брежнева

Вассалы в Восточной Европе слишком ненадежны. Совмещая приятное с полезным, Брежнев каждый год проводит встречи в Крыму с лидерами соцстран. Все время с них нужно что-то требовать и все время их чем-то подкармливать, даже самого нелюбимого — главу Румынии Чаушеску. В остальное время Брежнев вел образ жизни обычного курортника из советского санатория. Вечерами любил играть в домино.
Брежневское семидесятилетие справлялось, как национальный праздник. Целую неделю каждый день вручается высшая награда какой-нибудь социалистической страны. В финале – очередная Звезда Героя и прежде невиданное золотое оружие в придачу. На торжество пригласили всех, с кем прежде генсек работал, а также друзей его юности. Держался юбиляр плохо, а ведь будет еще и следующий юбилей.
Что может растрогать до слез партийного лидера? Например, спасение другого партийного лидера. В расцвет брежневского правления всеобщее изумление вызывает обмен пленными между великой социалистической державой и режимом, который иначе как «фашистским» и не называли.
В 71 году Владимир Буковский, молодой советский диссидент, арестован уже в четвертый раз. В газете «Правда» выходит статья с чеканным определением «злостный хулиган-антисоветчик». На Западе все не утихает кампания в защиту Буковского.

В 73 году в Чили происходит военный переворот. Главу тамошней компартии Луиса Корвалана хунта держит в заключении. За него заступаются Советский Союз и прочие соцстраны. Неожиданное взаимопоглощение двух пропагандистских волн: при посредничестве Швейцарии Буковского обменивают на Корвалана. Это случилось накануне 70-летия Брежнева, в декабре 76-го, будто в подарок на юбилей.

Казалось, Брежнев перестает контролировать ситуацию, и власть у него могут перехватить. Сталин, чтобы тридцать лет править, сколько конкурентов и соратников устранил! Хрущев команду без конца менял, но все равно был ею свергнут. А Брежнев и никого не репрессировал, и никто его, даже ослабевшего, свергать не собирался.

Одно время Николай Подгорный, глава Верховного Совета, то есть формальный президент СССР, начал осторожно обсуждать с коллегами по Политбюро здоровье генсека. Возможно, он метил на его место. Нет, упаси боже, не свергая – просто в случае отставки по болезни. Подгорный даже наведывался в Кремлевскую больницу, чтобы оценить, насколько Брежнев плох.
И хотя врачи его даже не допустили до генсека, эта забота о ближнем Подгорному дорого обошлась. В 77 году вполне здорового президента СССР отправляют на пенсию, а больного Брежнева – на его место. Кроме генсека ЦК КПСС, он становится еще и председателем Президиума ВС. В свою последнюю пятилетку Брежнев входит, располагая абсолютной полнотой власти — и фактической, и формальной.

Утро властителя половины мира стартовало в восемь часов. Жил тогда генеральный секретарь на госдаче «Заречье» на Сколковском шоссе. На первом этаже в столовой первая леди Виктория Петровна уже завтракала, а на второй поднимался Толик, личный парикмахер Брежнева. Он укладывал волосы и брил генсека. Леонид Ильич не признавал электрических и безопасных бритв, а руки парикмахера с перепоя вечно дрожали. Но профессионализм не пропьешь.
В 9 утра Брежнев спускался в столовую. В начале семидесятых – сам, по лестнице, а к концу этого десятилетия – уже на лифте, поддерживаемый охранником Медведевым. Завтрак скудный: яйцо с чаем – и все. После раннего инфаркта Брежнев маниакально боялся переедания, и весы стояли всюду: на даче, в Кремле, в ЦК, в охотхозяйстве «Завидово».
На работе Брежнев был около одиннадцати. Первым приходил с документами на подпись Константин Черненко, заводил разговоры о здоровье, о погоде, вечно поддакивая генсеку: «Все хорошо, все хорошо», даже когда тот жаловался, что не получается сбросить вес.

Пристрастившись к снотворным и успокоительным средствам еще в конце шестидесятых, Брежнев в семидесятые уже попал от них в тяжелую зависимость. Весь день ходил сонный, а потом полночи не мог глаз сомкнуть. Хороших снотворных тогда не было, они все подавляли определенные структуры мозга.

В час дня обед, доставляемый прямо в кабинет. После обеда генсек ложился спать. Еще через полтора-два часа снова приходил парикмахер, снова укладка волос – еще полчаса. Около шести из кабинета Брежнева раздавался звонок секретарям – рабочий день главы государства закончен. По машинам – и домой. В смысле – на дачу.

В полдевятого Леонид Ильич с супругой садились ужинать. В девять вечера обязательно смотрели программу «Время», а она почти всегда начиналась с Брежнева. Виктория Петровна, глядя на экран, приговаривала: «Леня, посмотри, на кого ты стал похож. Посмотри, как ты говоришь. Уходить тебе пора». «Товарищи на пенсию не отпускают», — отвечал Брежнев.
Чувствовалось, он все хуже говорит, потому что попросту дряхлеет. Сам Брежнев считал себя человеком здоровым и во всем винил докторов, которые не могут ему сделать хорошие зубные протезы. Тогда главный кремлевский стоматолог Алексей Дойников поехал в Германию, привез немецких врачей, которые установили Брежневу первую в Советском Союзе металлокерамику. Но и она не подошла. Брежневу сделали в общей сложности 32 протеза. Все напрасно. Генсек только разуверился в стоматологии и своем зубном враче.
Рубеж семидесятых-восьмидесятых – осень Брежнева. Прижизненная отставка невозможна, все заинтересованы в том, чтобы в любом состоянии он продолжал оставаться на высших должностях. Чтобы Брежнев – первое лицо, а вокруг него несколько вторых, но тоже с неограниченными возможностями.
Начальник кремлевского управления Минздрава Чазов объясняет другим вождям, что глава государства, мягко говоря, не вполне трудоспособен. Михаил Суслов, второй человек в партийной иерархии, отчитывает докторов, что они сбрасывают на его плечи такой сложный вопрос. В результате было решено, что Леониду Ильичу показан ограниченный рабочий день.
Брежнев все чаще выезжает в охотхозяйство «Завидово», проводя там три-четыре дня в неделю. Охота остается страстью его жизни до конца дней. Большинство соратников считало своим долгом разделить увлечение шефа. Особой страстью Брежнева было с вышки стрелять кабанов, когда те приходят кормиться. За годы и годы выработался целый ритуал. Главная традиция – куски мяса разделить и разослать соратникам и помощникам.
Иные президенты США занимались государственными делами, может, еще меньше, чем Брежнев. Но он-то возглавлял страну, где нет частного бизнеса, где все государственное, и власть все должна планировать и контролировать, нести ответственность за каждый дефицит. А им в СССР стал уже почти любой качественный товар. И только гигантская оборонная промышленность бьет рекорды гонки вооружений. Танков СССР производил в шесть раз больше, чем все страны НАТО, и считалось, что если завтра война, то они пройдут Европу до Ла-Манша за десять дней.

Lest auch / Читайте также
Центральный Кавказ сквозь призму региональной безопасности

Последний подарок мировому социализму: в 78 году в богатом нефтью Иране происходит Исламская революция, к власти приходит аятолла Хомейни, враг США. А в 79-ом – война Ирана и Ирака. Уже два мировых поставщика нефти воюют, а не торгуют. Цена на нефть подскакивает в три раза – до $35. Это нынешние $75 за баррель. Никто ведь не знает, что в 86 году цены на нефть упадут. Никто даже не задумывается о такой возможности. И нефтедоллары Сибири еще пять лет, сохраняя видимость благополучия, будут оплачивать политику советского руководства.

А оно совершает роковую ошибку – вводит войска в Афганистан. Там, как и в Иране, сильны исламисты – тогда это слово только появилось. Они могут сбросить власть марксистов в Кабуле. Кремль и сам не прочь поменять правителя и две задачи решает одним ударом. Под новый восьмидесятый год советская армия входит в Афганистан, президента Хафизуллу Амина убивают как агента ЦРУ, а вместо него сажают агента КГБ Бабрака Кармаля. Официально все решения принимал Брежнев, но готовили их только силовики.
Наиболее известное следствие Афгана: 45 государств объявляют бойкот Олимпиаде-80 в Москве. Личный имидж Брежнева в мире тоже безнадежно испорчен. Теперь он зло высмеиваемый в карикатурах агрессивный русский медведь, бровастый дед с ракетами и множеством звезд на пиджаке.
Эта страсть к наградам и в стране давно вызывала насмешки. Явным перебором были маршальское звание и орден «Победа». А на свое 75-летие Брежнев стал четырежды Героем СССР. Говорят, инициатива награждений лично исходила от министра обороны маршала Устинова.

В тяге к блеску наград можно увидеть фамильную черту. Галина Брежнева славилась любовью к бриллиантам, и о ее драгоценностях ходило много слухов. Как и о ее романах, стоивших Леониду Ильичу немало здоровья. Брак с цирковым гимнастом Евгением Милаевым распался. Попытку замужества за иллюзионистом Игорем Кио родные пресекли. Сердце могло успокоиться союзом с офицером милиции Юрием Чурбановым, и отец выбор дочери одобрил.

Брежнев сделал зятя генералом и заместителем главы МВД. Но в отличие от карьеры семейная жизнь Чурбанова не сложилась. Очередное увлечение Галины – цыганский певец Борис Буряце, тоже ценитель бриллиантов. Чтобы отвадить его от Галины, Буряцу по сфабрикованному делу отправили в Сибирь. Брак был сохранен, но скорее формально. И после смерти вождя Галина с Чурбановым разведется.

Уходящая эпоха

В июне 79 года Брежнев и президент США Картер подписывают в Вене договор ОСВ-2. Так единственный раз в истории поцеловались лидер коммунистического движения и лидер мирового империализма. Причем инициатива в таком проявлении чувств исходила именно от Джимми Картера.
Очень скоро между ними начнется новая и последняя холодная война. На рубеже семидесятых-восьмидесятых во главе ведущих западных держав встают неоконсерваторы – совсем другие люди, чем те, с кем еще недавно ладил Брежнев. Они будут могильщиками мирового коммунизма. «Железная леди» — английский премьер Маргарет Тэтчер. После череды левых канцлеров ФРГ — правый Гельмут Коль. И Рональд Рейган — главный противник и даже враг, выигравший выборы в США в 80 году.

Lest auch / Читайте также
Иностранные военные формирования на территории СССР в годы Великой Отечественной войны

Они одного поколения – Брежнев старше Рейгана на четыре года. С Черненко Рейган ровесник, тоже 1911 года рождения. Андропова Рейган старше на три года. Но все советские руководители уже безнадежно больны, и вот что значит бодрая американская старость.

Рональд Рейган, самый пожилой президент США, вступает в должность в семидесятилетнем возрасте, но твердо убежден, что он не просто переживет кремлевских старцев, но застанет крах коммунизма. С молодой горячностью он твердит на все лады, что никакого компромисса с Советами быть не может.
Потом Рейган даст свое знаменитое определение позднего СССР – «империя зла». И презентует голливудский сюжет «Звездных войн» наяву, а советские вожди поверят в космическую гонку вооружений. Но это уже не брежневское десятилетие, это вызовы восьмидесятых, отвечать на которые у Леонида Ильича нет сил.

В последние годы Брежнев все чаще и все дольше находится в палатах Кремлевской больницы. Во время его госпитализаций здесь же проходят заседания Политбюро. Нина Коровякова – это знаменитая медсестра Брежнева, ее даже считали фавориткой Леонида Ильича. Она была каналом получения в обход врачей успокаивающих средств. Злоупотребляя ими, Брежнев временами бывал не в себе.

Но уже важнее не то, каков глава государства, а то, каким его показывает телевидение. Поездка Брежнева в Азербайджан была обставлена главой республики Гейдаром Алиевым особенно пышно. Юлия Гусмана назначили режиссером торжественной встречи дорогого гостя. И он слышал, как Брежнев, выйдя из машины и увидев двенадцать ступенек, которые вели на трибуну, сказал Алиеву: «Гейдар, я туда подняться не смогу. Поеду я лучше отдыхать». После чего сел в автомобиль и уехал. Праздник пришлось проводить без Леонида Ильича, а телевизионные монтажеры ломали голову, как создать впечатление присутствия высокого гостя на этом празднике.
Главу Азербайджана Брежнев жаловал особо, и единственная известная драгоценность генсека (золотой перстень с бриллиантами, который Брежнев очень любил носить), как говорят, получена им в подарок от Гейдара Алиева. После смерти Брежнева подарок оказался у внучки генсека, и теперь перстень носит ее бывший муж Геннадий Варакута.

На такие перстни, как и вообще на золото, цены при Брежневе повышали не раз. Но это предметы роскоши – кому нужно, тот заплатит. Подорожание основных продуктов при советской власти считается недопустимым, хотя их давно нет в свободной продаже. Хуже всего с мясом – поезда из соседних с привилегированной Москвой областей называют «колбасными электричками». На них население развозит продовольственный дефицит по домам.
Но Брежнев почти на все смотрит отрешенно. Кажется, к жизни его возвращают только любимые увлечения: охота и автомобили. Ну, и самые неотложные меры по поддержанию стабильности – нельзя же пустить по ветру труд стольких лет. По неосторожности Брежнев прицелом травмирует на охоте глаз и больше сам стрелять уже не сможет, лишившись последней своей радости.
В феврале 81-го последний брежневский съезд партии — XXVI. Ключевое событие на съездах – доклад генерального секретаря. Это главный политический документ пятилетия. И это самая длинная речь – несколько часов. За пять лет после предыдущего съезда Брежнев так сильно сдал, что кажется, ему это не одолеть. А как проверить, дотянет ли до конца? Не репетировать же? Сталин на своем последнем XIX съезде с докладом не выступал, перепоручил его Маленкову. А вскоре умер. Брежнев, конечно, про это помнил – он же был делегатом того съезда.

Для Брежнева даже не существует вариантов – выступать будет только он. Так он понимал свой долг, верил в способность собраться и не желал признавать, что силы уже не те. Кроме того, это чрезвычайная ситуация – не генсек читает доклад, это нарушит оберегаемую стабильность.

Брежнев справился с марафонской дистанцией речи на съезде. Только вместо обычного одного перерыва сделали два, а врачи к этому дню специально выводили генсека на пик формы. Неконтролируемый прием таблеток удалось пресечь, только удалив от Брежнева его любимую медсестру Коровякову, хотя это было непросто.

В речи на 26-ом съезде у Брежнева есть фрагмент, произнесенный с особым напором, — про то, что не дадут братскую социалистическую Польшу в обиду. Это надо было понимать так: ради сохранения в Польше социализма мы готовы ввести войска. Польский кризис к тому времени бушевал уже целый год.
В фильме Анджея Вайды «Человек из железа» того же 81 года бастующие рабочие Гданьска несут на плечах своего вожака – лидера независимого профсоюза «Солидарность» Леха Валенсу. Польская компартия стремительно теряет позиции. В течение года три смены первого секретаря ЦК. Наконец им становится генерал Войцех Ярузельский.

Из-за темных очков его считают «польским Пиночетом», а он их носил, потому что сжег глаза на заснеженных лесоповалах в советских лагерях. В «Солидарности» уже десять миллионов человек. Она – сама Польша. Это антикоммунистическая и католическая организация. Валенса получает божье благословение перед каждой забастовкой. Съезд «Солидарности» заседает под огромным распятьем, ни одно восстание в соцлагере не достигало такого размаха. И Запад очень опасается вмешательства советской армии.
Подумать только, Лех Валенса – молодой парень, вырос при социализме и от станка стал лидером рабочего профсоюза. А с какого парень завода? С Гданьского судостроительного имени Ленина. Там строят теплоходы для Советского Союза. Да у парня золотая анкета. Да такого делегатом на съезд надо послать. Его в ЦК надо избрать, чтобы он там заседал вместе с товарищем Ярузельским. А он своим антикоммунизмом-католицизмом опровергает все марксистско-ленинское учение об исторической роли пролетариата. Нет, в восьмидесятые годы приходят уже совершенно непонятные Брежневу люди.
Но «Солидарность» вот-вот возьмет власть, и осенью 81-го введение советских войск кажется неизбежным. Но Ярузельский до этого долго был министром обороны, он заверяет Москву, что у него есть свой силовой вариант. 13 декабря 81-го генерал, надев парадную форму, объявляет по телевидению о военном положении в Польше. Деятели оппозиции во главе с Валенсой интернированы.
В Кремле облегченно вздохнули. Ярузельский будет вправе считать, что спас Родину от советской оккупации. Но военное положение в Польше, как и продовольственная программа в Союзе, — это не решение проблемы, а ее откладывание.

Lest auch / Читайте также
Иностранные военные формирования на территории СССР в годы Великой Отечественной войны

В январе 82 года умирает Михаил Суслов – человек №2 в партийной иерархии. Он был постарше Брежнева, ему уже шел восьмидесятый год, но на Леонида Ильича это произвело тяжелое впечатление. Вернувшись домой, он сказал родным, что это была репетиция его собственных похорон. Так и оказалось.
Суслов – первая смерть на брежневском Олимпе из тех, с которых начинают программу «Время». У главного советского диктора Игоря Кириллова появляется черный пиджак. В ближайшие три года он похоронит в нем трех генеральных секретарей. Но понимания того, что это начало конца, что уход Суслова – это пролог ухода Брежнева, нет. Система выглядит вечной. И сам Брежнев будто вечный. Понятно, что у него плохо со здоровьем, но он уже сколько лет такой и еще столько же таким будет. Ничего здесь пока нового нет, это все еще старое время.

Вторым человеком в партии и государстве вроде бы становится Юрий Андропов. Он переходит из председателей КГБ в секретари ЦК КПСС. Но и ближайший сподвижник Брежнева Константин Черненко неотступно следует за шефом при любом его публичном появлении.

Одна из поездок последнего года Брежнева была в Ташкент. А там катастрофа, которая наверняка ускорила кончину генсека. Мероприятий много, и запланированное посещение авиазавода отменяют. А потом Брежнев спохватывается: неудобно, люди ждали, будут потом всякое говорить. Ему объясняют, что на заводе уже снято оцепление, и оно не успеет туда вернуться. Леонид Ильич настаивает, и делегация едет в сборочный цех. С генсеком только группа его личных телохранителей.

И когда он осматривал строящийся огромный самолет, строительные леса под тяжестью рабочих рухнули прямо на людей, в том числе Брежнева. Перелом ключицы. Про другого можно было бы сказать, что легко отделался. Но в его возрасте и при его здоровье травма очень серьезная, от нее он уже не оправится.
Когда 7 ноября 82 года генсек стоит на Мавзолее, последний раз приветствуя праздничную демонстрацию, полуподнятая рука – это результат ташкентской аварии. На Мавзолее тогда впервые был сделан эскалатор, поскольку Леонид Ильич уже не мог туда подняться своим ходом.

По собственной оценке Брежнев чувствует себя неплохо и сразу после демонстрации едет в охотхозяйство «Завидово». 9 ноября 82-го – последний день его жизни. Обычный, рабочий. Единственное исключение из правил: за послеобеденным сном всегда следовала укладка волос, но личный парикмахер Толик на сей раз выпил больше обычного. Охранник Владимир Медведев, видя, как у того трясутся руки, посоветовал ему езжать домой, а укладку Брежневу сделал сам.

После работы обычный вечер на даче в Заречье: ужин, программа «Время». Потом Брежнев просит внучку Вику принести старые пластинки с песнями военных лет. Спать легли как всегда в одиннадцать. Утром Виктория Петровна встала в семь часов, поправила мужу одеяло, спустилась в столовую. В девять часов в спальню поднимаются офицеры охраны Владимир Медведев и Владимир Собаченков – будить Брежнева. Генсек всегда просыпался от шума раздвигаемых штор, но на этот раз не проснулся. Он уже не дышал.
Эпоха Брежнева продлилась не только на тот день, в который не сообщали о смерти Леонида Ильича. Ей еще напишет постскриптум генсек Андропов, а постпостскриптум – генсек Черненко. Смена эпохи при них все не наступала. Но это не значит, что время остановилось. Часы шли. Более того, это был часовой механизм с обратным отсчетом, отмерявший срок последней империи.
Советская империя держалась на идее коммунизма, а ее питали фанатизм дедов, страх отцов и привычка детей. Но Брежнев – правитель, который жил сам и давал жить другим. Не стало ни страха, ни фанатизма, ни старых привычек. И жизнь взяла свое, безжизненную систему отменив. После развитого социализма Брежнева страна во второй раз начнет развивать капитализм.