Иностранные военные формирования на территории СССР в годы Великой Отечественной войны

Print Friendly, PDF & Email
Фото обложки: Солдаты 1-й польской армии в освобождённой Варшаве, 19 января 1945 г.

Сергей П.

для masimovasif.net

В годы Великой Отечественной войны советским руководством предпринимались попытки создания национальных частей и из представителей европейских народов. Побудительные мотивы в данном случае в большей степени носили политический характер: важно было показать, что не все покоренные и сотрудничающие с Германией народы разделяют фашистскую идеологию. Формировались эти части в основном из граждан СССР чешской или польской национальности, что позволяет рассматривать процессы создания чешских и польских воинских частей как одно из направлений национальной политики Советского правительства в годы Великой Отечественной войны.
В январе 1942 г. в г. Бузулуке Чкаловской области началось формирование первого чехословацкого батальона, который возглавил подполковник Людвиг Свобода. Организационно это воинское формирование подчинялось эмигрантскому правительству в Лондоне. Однако обучение и содержание солдат в батальоне осуществлялось в соответствии с уставом советских вооруженных сил. В состав батальона вступали как бывшие чешские солдаты и офицеры, оказавшиеся в СССР после захвата гитлеровцами Польши, так и советские граждане чешской и словацкой национальности.

В конце марта 1942 года личный состав воинской части насчитывал 600 человек. Занятия проходили в степи, где ртутный столбик термометра падал до -40 °С, а летом показывал свыше 40 °С. Руководство батальона приняло меры к организации офицерской и унтер-офицерской школ, чтобы за короткий срок подготовить новые командные кадры. Воинские звания, присвоенные в Мюнхенской республике, не принимались во внимание. Выбирали командиров по их деловым качествам. Состав части занимался не только военной подготовкой, хорошо была поставлена спортивная работа. Был в части и свой оркестр, которым руководил Четарж Качерек, талантливый музыкант-кларнетист. Чехи очень любили скрипача Эвина Схарфа, чье задушевное исполнение «Канарейки» постоянно вызывало бурные аплодисменты зрительного зала, которым служила столовая.

В краеведческом музее г. Бузулука хранятся воспоминания многих бузулукцев, в том числе об Отакаре Яроше, первом из иностранных граждан, удостоенных высокого звания Героя Советского Союза. Ярош жил в г. Бузулуке на ул. Чапаева в доме № 69, хозяйкой которого была Мария Макаровна Маслова. По воспоминаниям С.Л. Левинсона, умный, тактичный, воспитанный и образованный Отакар понравился всем, кто жил в этом доме. Да и как иначе можно было относиться к человеку, который отдавал 10 часов служебным делам, вернувшись, принимался помогать по хозяйству: таскал в дом воду, рубил дрова. И щедро, в это голодное время, делился с ними своим солдатским пайком. Вскоре Отакар сдружился с соседом, летчиком, техником-лейтенантом Александром Ковалевым, с которым часто засиживались допоздна. Молодой советский офицер давал товарищу по оружию уроки политической грамоты. Во время учений, в короткие передышки на тактических занятиях Ярош знакомил своих бойцов со сводками Совинформбюро, рассказывал о героических подвигах советских воинов на фронтах. Он говорил, что наша дорога к дому проходит через бои на советской земле. Освобождая советские города и села, мы приближаем свое возвращение домой.

Воины чехословацкого батальона упорно готовились к боям с фашистскими захватчиками весь 1942 год. Так, полковник Рудольф Бейковский вспоминает: «Командир роты Отакар Ярош не терял буквально ни минуты – ни в мороз, ни в пургу. Однажды кто-то из солдат проворчал, силы, мол, кончаются, и тогда Ярош вывел вечером роту на улицу Бузулука и показал, как в продуваемых насквозь бараках у заледенелых станков трудились мальчишки, подкладывая под ноги кирпичи, чтобы дотянуться до станка. Мы занимались в Бузулуке огневой и тактической подготовкой, но не в меньшей степени в этом тыловом городе учились мужеству у советских людей».

Важным событием в жизни части был приезд в Бузулук Клемента Готвальда, Вацлава Копецкого, Властимила Борека. В конце мая в Бугуруслан приехал руководитель компартии Чехословакии Клемент Готвальд, который выступил перед бойцами формируемого батальона на митинге 27 мая 1942 г. в бузулукском кинотеатре «Пролетарий», Клемент Готвальд сказал:
«Я убежден, что вы окажетесь достойными своих гуситских предков, что вы окажетесь достойными бороться вместе с Красной Армией». Он также отметил, что «каждый настоящий чех сегодня яснее ясного видит, что без сильного и могучего Советского Союза, который разбил гитлеровские планы мирового господства, надежды нашего народа на свободу превратились бы в ничто…». Полный состав чехословацкого батальона, собравшийся в зале бузулукского кинотеатра, с большим вниманием слушал речь Клемента Готвальда.
В конце января 1943 г. первый отдельный чехословацкий батальон был отправлен на фронт. К этому моменту он насчитывал 974 человека и состоял из 6 рот и 7 отдельных взводов. В начале марта 1943 г. батальон получил боевое крещение у села Соколово на подступах к Харькову. Впоследствии батальон был преобразован в первый чехословацкий корпус, составивший основу Чехословацкой Народной Армии.

В конце 1939 г. на территорию Южного Урала стали прибывать польские беженцы. 31 декабря 1939 г. на заседании Чкаловского облисполкома было принято закрытое постановление, которым регламентировалось размещение семей польских беженцев в совхозах области, снабжение их предметами домашнего быта, оказание врачебной помощи и организация учебы для польских детей.

После присоединения к Советскому Союзу Западной Украины и Западной Белоруссии Наркомом внутренних дел СССР Л.П. Берией была принята специальная инструкция «О порядке переселения польских осадников из Западных областей УССР и БССР». Все недвижимое имущество, сельскохозяйственный инвентарь и скот осадников поступал в распоряжение местных управлений НКВД. Всего, по данным на сентябрь 1941г., из западных областей Украины и Белоруссии было арестовано и выслано в тыловые районы СССР 389 382 поляка. Из них 120 962 человека попало в тюрьмы, лагеря и места ссылки, еще 243 106 поляков получили статус спецпереселенцев (осадники и т.д.) и 25 314 человек находились в лагерях для военнопленных. На территорию Южного Урала на спецпоселение было направлено 2 539 осадников, в том числе в Чкаловскую область – 614 человек, в Челябинскую – 1 646 человек и в Башкирскую АССР – 279 человек. Уже на следующий день после вторжения фашистской Германии на территорию СССР премьер-министр Польского эмигрантского правительства, генерал-полковник Владислав Сикорский, выступая по радио, обратился к Советскому правительству с предложением установить сотрудничество в борьбе против гитлеровской Германии. 30 июля 1941 г. в Лондоне, в здании Британского министерства иностранных дел, послом Советского Союза И.М. Майским и В. Сикорским было подписано Соглашение о восстановлении дипломатических отношений, в котором говорилось о создании на советской территории польской армии, командный состав, который назначался Верховным командованием. В качестве приложения к Соглашению был принят Протокол «О предоставлении амнистии всем польским гражданам, находившимся на территории СССР в качестве военнопленных или на других основаниях». В соответствии с военным соглашением, подписанным в Москве представителями советского и польского командований 14 августа 1941г., общая численность польской армии должна была составлять 30 тыс. человек.

После принятия Указа Президиума Верховного Совета СССР от 12 августа 1941 г. об амнистии польских граждан, они были освобождены из мест заключения. Польским гражданам было дано право свободно покинуть спецпоселения, места ссылки и высылки. Кроме того, им выдавались бесплатные билеты на проезд по железной дороге или на водном транспорте до выбранного места жительства, а также 15 рублей суточных на питание. При этом следует отметить, что подобные льготы предоставлялись не всем бывшим польским гражданам, а только полякам, освобожденным из мест заключения. Местные органы власти получили предписание оказывать содействие освобожденным, в первую очередь женщинам с детьми, в трудоустройстве и жилищном обустройстве. Польские граждане могли получить вид на жительство, гражданство СССР или получить паспорт для лиц без гражданства. Всего, по данным на сентябрь 1941 г., из тюрем и лагерей было освобождено 50 295 человек, из спецпоселков, мест ссылки и высылки – 265 248 человек и еще были освобождены 26 297 военнопленных. В целом же, после принятия Указа от 12 августа 1941 г. были амнистированы 389 041 человек. Основным районом формирования польских частей стала Чкаловская область (за исключением 5-й дивизии, которая дислоцировалась в г. Татищево Саратовской области). Значительная часть бывших польских граждан устремилась в Чкаловскую область и непосредственно в г. Бузулук, где разместился штаб польской армии. Отдельные подразделения размещались также в Тоцком (запасной полк) и близь села Котлубанка (резервный полк). Сюда же прибывали и семьи польских солдат. Многие из поляков, прибывающих в г. Чкалов по железной дороге, попадали в эвакопункт, организованный на вокзале. В нем царила «…невообразимая скученность, завшивленность и эпидемии». Здесь же, на вокзале, размещалась и комендатура по обслуживанию польских граждан. Заместитель начальника отдела железнодорожной милиции Кокуев был вынужден просить предоставить отдельное помещение для польских граждан, прибывающих в Чкаловскую область с целью вступления в польскую армию, а также перевести из здания вокзала управление польской комендатуры. При формировании польской армии использовались как призывной, так и добровольческий принципы. К числу польских граждан, подлежащих призыву, относились лица, призванные в польскую армию в 1939 г., солдаты и офицеры Войска польского, размещенные в лагерях для интернированных, бывшие польские граждане, эвакуированные в 1941 г. и др. Остальные, могли вступить в польскую армию добровольно, обратившись в советские военкоматы по месту жительства. О стремительном росте численности польской армии свидетельствуют данные, приводимые А.В. Федоровой. Если на 29 августа 1941 г. было призвано и зачислено в польскую армию более 8,6 тыс. человек, то к 30 августа количество зачисленных составляло уже более 20,7 тыс. человек, а по данным на 25 октября – 41,5 тыс. солдат и офицеров. При этом следует отметить, что около 20% личного состава созданных польских частей составляли евреи, и, кроме того, незначительный процент военнослужащих польской армии составили лица украинской и белорусской национальности.
Командующим польской армии был назначен освобожденный из Лубянской тюрьмы в августе 1941 г. В. Андерс. 6-ю польскую дивизию возглавил генерал-майор М. Токажевский-Карашевич, его заместителем был назначен генерал Е. Волковицкий, а начальником штаба – полковник Л. Домань. Запасной полк, который первоначально расположился в Котлубанке, возглавил полковник Я. Галадык, а после перевода полка в Тоцкое командиром полка был назначен полковник Коц, а его заместителем – полковник Б. Ракоцкий. В сентябре 1941 г. в г. Бузулуке начал действовать штаб польской армии, который возглавил Л. Окулицкий.

Руководство армии в ходе ее формирования сталкивалось с многочисленными трудностями, связанными с финансированием, зимним расквартированием, перебоями в снабжении. Поляки, прибывающие к месту формирования польской армии, чаще всего не имели никаких средств к существованию, были плохо одеты, многие были больны простудными и желудочно-кишечными заболеваниями. В октябре 1941 г. при госпитале №1662 в г. Бузулуке было открыто специальное отделение для польских военнослужащих на 50 коек. После того как 39 ноября 1941 г. Государственной комитет обороны рассмотрел вопрос о состоянии польских формирований, начальнику тыла Красной армии генерал-лейтенанту Хрулеву было поручено проверить положение в польской армии и принять все необходимые меры к устранению существующих недостатков.

В декабре 1941 г. инспекционную поездку по польским военным лагерям совершил глава польского эмигрантского правительства В. Сикорский. Специально к этому событию было приурочено проведение парада польских войск, был выпущен первый номер газеты «Ожел Бялы» («Белый орел»). Глава польского правительства посетил палатки, в которых размещались солдаты, принял участие в общем богослужении. Итоги поездки В. Сикорский подвел в письме, адресованном У. Черчиллю, где давалась подробная характеристика состояния польской армии, а также положения поляков в целом на территории Советского Союза в целом и Южного Урала в частности. 4 декабря 1941 г., во время пребывания В. Сикорского в СССР, была подписана советско-польская декларация, в которой польская сторона подтвердила обязательство о совместной борьбе против гитлеровской Германии. Вместе с тем, В. Сикорский заручился согласием советского руководства на эвакуацию 25 тыс. польских солдат их еще не сформированных частей на Ближний Восток, а также переброску польских летчиков и моряков в Великобританию. Кроме того, была достигнута договоренность об увеличении численности Армии Андерса до 96 тыс. человек.

Советское руководство указывало на необходимость отправки на советско-германский фронт хотя бы одной дивизии Армии Андерса, отмечая принципиальное политическое значение этого факта. Однако в феврале 1942 г., с одобрения В. Сикорского, В. Андерс отказался выполнять взятые польской стороной обязательств. Остальному контингенту польских войск было дано разрешение на эвакуацию в Иран. 19 марта 1942 г. последовал приказ командующего польской армией о начале эвакуации. В течение марта-апреля 1942 г. туда выехало порядка 43 тыс. человек. В мае была прекращена мобилизация в польскую армию, а уже 10 июня польское эмигрантское правительство официально отказалось от планов использования польской армии на советско-германском фронте и приняло решение об эвакуации оставшихся подразделений польской армии в Иран. В связи с принятием этого решения 16 июня 1942 г. Чкаловский облвоенкомат дал указание всем городским военкоматам окончательно прекратить направление польских граждан в польскую армию. Второй этап эвакуации армии Андерса прошел в течение июля-августа 1942 г. Всего же в 1942 г. в Иран было эвакуировано 119 855 польских граждан, в том числе 76 100 военнослужащих армии Андерса и 43 755 членов их семей. Следует отметить, что группа солдат и офицеров вышла из состава армии Андерса, в том числе и полковник Зигмунд Берлинг, ставший впоследствии во главе 1-й польской пехотной дивизии им. Т. Костюшко.
В мае 1943 г., после обращения антифашистского Союза польских патриотов, в Селецких лагерях под Рязанью начала формироваться польская дивизия им. Т. Костюшко. Из состава армии Андерса было передано в Польскую дивизию Берлинга 36 510 поляков. Продолжилась и мобилизация польского населения в ряды нового воинского формирования. Так, в мае 1943 г. 30 поляков были мобилизованы и направлены в дивизию из Магнитогорска. Туда же в августе 1943 г. были направлены Кировским военкоматом г. Чкалова еще 37 поляков. В Чкаловской летной школе в годы войны прошли обучение 46 будущих летчиков польских ВВС. Еще 72 польских летчика было выпущено 30 ноября 1944 г. Сорочинской летной школой.

15 января 1943 г. СНК СССР было принято решение о проведении паспортизации бывших польских граждан, проживающих на территории Советского Союза. На территории Чкаловской области кампанию по паспортизации поляков планировалось начать с 10 марта 1943 г. Секретарь Чкаловского обкома ВКП(б) Г. Денисов дал указание всем секретарям горкомов и райкомов области оказать необходимое содействие органам НКВД и милиции в обеспечении явки поляков в районные отделы НКВД: сообщать информацию о лицах, уклоняющихся от паспортизации, а также принимать меры к их задержанию и принудительной доставке в райотделы НКВД.
Поляки, не подлежащие мобилизации, обеспечивались работой, средствами к существованию и местом жительства наравне с остальными советскими гражданами. Большинство из них были направлены для работы в совхозы и колхозы. Некоторая дополнительная помощь им оказывалась за счет благотворительных грузов, получаемых по линии польского посольства. На местах для распределения поступающих грузов был сформирован институт доверенных лиц. Однако неконтролируемая благотворительная деятельность польского посольства не устраивала советское руководство. Так, в феврале 1943 г. поляки, проживающие в Соль-Илецком и Акбулакском районах, обратились в свое посольство с просьбой об оказании им материальной помощи. К заявлению прилагались списки поляков, удостоверенные председателем колхоза «Ащебутак» Гильденбрантом и начальником строительства Акбулакского мелового завода Бугаецом, и письменное подтверждение последними добросовестного отношения поляков к работе, а также их крайней нуждаемости в одежде и обуви. Это было расценено областным руководством как грубая политическая ошибка, как проведение антисоветской деятельности и клевета на советскую власть. По данным на 1 января 1944 г. в Чкаловской области проживало 8 200 поляков. Через год их численность сократилась до 7 800 человек. После окончания войны советское руководство приступило к выстраиванию новой системы взаимоотношений с польским государством. В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета от 1 ноября 1945 г. устанавливалось, что лица польской и еврейской национальностей и члены их семей, переселяющиеся из СССР в Польшу, признавались вышедшими из советского гражданства с момента их выезда из Советского Союза. 10 ноября 1945 г. СНК СССР было принято специальное секретное постановление, направленное на упорядочение взаимоотношений СССР и Польши. В нем предусматривалась возможность возвращения бывших польских граждан к себе на родину. Была создана Советско-польская комиссия по эвакуации, в состав которой вошли по три представителя от каждого государства. Постановлениями этой комиссии от 14 декабря 1945 г. и 6 января 1946 г. были разработаны и утверждены инструкции о порядке приема, рассмотрения заявлений и утверждения на выезд из СССР в Польшу польских граждан, а также указание по организации отправки в Польшу принудительно переселившихся. Советско-Польское соглашение, заключенное 6 июля 1946 г., разрешало репатриацию бывших польских граждан. На местах были созданы специальные комиссии, которые занимались составлением списков польских граждан, желающих переселиться в Польшу, были разработаны графики отправки их на родину.
СНК СССР был установлен окончательный срок регистрации польских граждан, желающих выехать в Польшу, – 31 декабря 1945 г., а срок их выезда на родину – до 15 июня 1946 г. Наркомпросу СССР было дано поручение обеспечить в период с 1 ноября 1945 г. по 15 июня 1946 г. эвакуирующихся поляков в Польшу. По состоянию на 1 ноября 1945 г. только по Украинской, Белорусской и Литовской ССР было записано 1 439 759 польских граждан, желающих выехать в Польшу, из них 734 729 человек уже выехали.
С 11 по 17 июня 1946 г. в Чкалове проходило заседание областного совещания работников Союза Польских патриотов, на которое были приглашены представители из 44 районов области. На совещании обсуждался вопрос о реэвакуации, которую рекомендовалось осуществить спокойно, без «горячки». К началу 1946 г. численность польского населения в Чкаловской области сократилась до 5 114 человек. Списки польских граждан, утвержденные комиссией к переселению в январе 1946 г., увеличились до марта этого же года почти в два раза. Из Чкаловской области в этот период было отправлено 4 эшелона, состоящие в общей сложности из 299 вагонов, в которых отбыло в Польшу 4 250 человек. К июню 1946 г. неотправленными остались 300 поляков из Чкаловской области и 6 000 поляков из Челябинской области, которых планировалось отправить на родину до 1 июля 1946 г.
Всего же в СССР, по состоянию на середину августа 1946 г., было учтено 247 460 польских переселенцев. Часть из них впоследствии отказалась от выезда в Польшу или не получила эвакуационных удостоверений. 3 471 человеку в выходе из советского гражданства и выезде из Советского Союза в Польшу было отказано, как не попадающим под действие Советско-польского соглашения. На родину было отправлено в общей сложности 228 814 бывших польских граждан. На всю процедуру переселения было израсходовано 8 777 тыс. рублей. Также следует отметить, что по данным на июнь 1945 г. в лагерях и тюрьмах НКВД СССР находилось 25 047 польских граждан, в том числе: в лагерях интернированных – 12 280 человек, в пунктах фильтрации – 9 185 человек, в лагерях ГУЛАГа – 2 285 человек, во фронтовых лагерях и тюрьмах – 1 297 человек.

Lest auch / Читайте также
Эпоха позднего Брежнева
Наверх